Семей.01.08.”Semeyainasy” –  Интересным исследованием на тему, что представлена в заголовке с редакцией нашего информаагентства поделилась журналист Любовь Самуиловна Бараховская. Представляем   открытия, сделанные автором нашему читателю…

– Я заканчивала работу над  материалом «Семипалатинск, который мы потеряли»(Semeyainasy, 1. 02, 16.03, 7. 04 2022г.). Этот материал был посвящен погрому, устроенному «солдатками» в нашем городе в 1916 году (напоминаю, что шла первая мировая война; жен военнослужащих, находившихся на фронте, называли  «солдатками»). Женщины, доведенные до крайности дороговизной продуктов и товаров, начали громить магазины и лавки на центральных улицах  – Александровской ( Ленина – Мангелик ел) и Степной (  40 лет Казахстана – Ч. Валиханова). В завершение текста я решила поместить какую-либо информацию о тех людях, облеченных властью, которые занимались тогда наведением порядка в Семипалатинске. Сведения из более десятка человек нашлись лишь о командире 712 пешей Томской дружины полковнике князе Гантимурове.

  Князь Гантимуров-Тунгусский Николай Петрович (1868-1943гг.), родился в Забайкальской области. Окончил Сибирский кадетский корпус в Омске в 1887 году. Зауряд-полковник, командир 712 пешей Томской дружины государственного ополчения (1915 г.). Скончался в эмиграции в Харбине (Китай).

Кроме того, интернет выдал следующую любопытную цитату в ответ на мой запрос об еще одном участнике тех событий более чем вековой давности – помощнике начальника Омского жандармского управления подполковнике Бакуринском:

«В марте 1916 года в Семипалатинске жандармский подполковник Бакуринский установил наблюдение за управляющим отделением Русско-Азиатского банка А. Б. Шостаковичем, квартиру которого часто посещали пленные немецкие офицеры Ресинг и Пиглиц. В июне 16 года режим содержания военнопленных в Семипалатинске был ужесточен и посещения квартиры Шостаковича прекратились, хотя сам хозяин по-прежнему оставался под надзором». (Из истории российской военной разведки).

Фото здания Русско-Азиатского банка.

Я рассказала об обнаруженном мною однофамильце (как я тогда решила) всемирно знаменитого композитора  Дмитрия Шостаковича, который – однофамилец – жил в Семипалатинске в начале 20 века, краеведу М. И. Ситуде. Мы дружно посмеялись с Михаилом Ибрагимовичем, памятуя историю с местным купцом Давидом Купером, которого (а также всю его семью) наши журналисты с ходу записали в потомки американского писателя  Фенимора Купера. Вот уж действительно, «в огороде бузина, а в Киеве дядька»!

И хотя мы с Михаилом Ибрагимовичем без малейших колебаний решили, что никакого отношения «наш», семипалатинский  А. Б. Шостакович не имеет к «тому», ленинградскому Д. Д. Шостаковичу, меня начал грызть червь сомнения. А вдруг? Чем черт не шутит!

Я бегло просмотрела биографию композитора и обнаружила, что имя его отца – Дмитрий  Болеславович.  Таким образом, семипалатинский поднадзорный управляющий Русско-Азиатским банком (А. Б.) вполне мог иметь отчество Болеславович и приходиться ему братом, а композитору – родным дядей. Однако никаких подтверждений этой своей гипотезе я не нашла – честно говоря, не очень и искала. Меня тогда волновали совсем другие темы, на которые я и переключилась. Но листок в своем журналистском блокноте для А. Б. Шостаковича все-таки завела и время от времени вспоминала о нем.

На днях, в поисках  информации для очередного материала, я просматривала в областной  библиотеке им. Абая Кунанбаева книги наших семипалатинских краеведов и вдруг…О, это ослепительное «вдруг»! Сколько счастливых минут оно мне подарило! Да разве только мне… Все, кто работает с архивными документами, испытали этот «момент истины», когда длительные поиски увенчиваются успехом или когда случайно натыкаешься на какой-нибудь подарок судьбы.

Итак, в книге В.Н. Кашляка « Семипалатинское купечество: Плещеевы»  я обнаружила «Протокол собрания акционерного общества каменноугольных копей в Семипалатинской области, учрежденного П. Ф. Плещеевым, состоявшегося августа 8 дня 1913 года в Семипалатинске». Просмотрела его без особого интереса (что мне эти столетние каменноугольные копи!), не ожидая никакого сюрприза. Хотя давно убедилась, что сюрпризы появляются именно тогда, когда их не ждешь – на то они и сюрпризы.

Плещеев П.Ф.

В заключение протокола приводятся результаты голосования: «Поданы голоса…в члены ревизионной комиссии: за Александра Болеславовича Шостаковича избирательных 240, неизбирательных 00». Ура, значит все-таки «Болеславович»! Далее размещен отчет за первый операционный год 1914-1915. Отчет, правда, неутешительный для акционеров: «Дивиденда не было». Однако нас больше интересуют подписи, стоящие под этим отчетом. А среди них уже в качестве  директора значится опять же А. Б. Шостакович. Сохранился и документ от 5 августа 1915 года, в котором «правление вышеозначенных копей имеет честь уведомить, что на общем собрании г. г. акционеров Общества директорами правления избраны: М. А. Красильников, А. Б. Шостакович и Б. И. Корнилов…».

Тут уж я начала разбираться с династией Шостаковичей всерьез. Выяснилось, что прадед композитора, ветеринарный врач Петр Михайлович Шостакович, уроженец Минской губернии, за участие в польском восстании 1830-31 гг. был сослан на Урал. В 1845 году у него родился сын, которого назвали Болеслав. По семейной традиции он начал участвовать в революционном движении,  был привлечен к суду по делу Д. Каракозова, участие в организации побега Ярослава Домбровского  и приговорен к ссылке в Сибирь.

В семье Болеслава Петровича родились три дочери и четыре сына. Сыновей назвали Владимир, Дмитрий – будущий отец композитора, Александр (!) и Борис. Отчество всех четверых, естественно, Болеславовичи.  Таким образом, «наш», семипалатинский Александр Болеславович Шостакович, за которым в 1916 году  «присматривал» жандармский подполковник Бакуринский, действительно близкий родственник гениального композитора 20 века – его родной дядя. Что и требовалось доказать.

Не могу отказать себе в удовольствии немного рассказать об этой удивительной семье, тем более, что она связана с нашим городом и регионом еще несколькими ниточками. М. И. Ситуда в своей книге «Купеческое наследие Семипалатинска » пишет: «18 июля 1882 года дворянин С. В. Мокиевский выступил соучредителем полного товарищества «Торговый дом С. В. Мокиевский и Шостакович» с основным капиталом 2 тысячи рублей». Инициалы не указаны, но исходя из даты учреждения товарищества понятно, что имеется в виду Болеслав Петрович. Дети еще были малы, а его отец, Петр Михайлович, умер в 1871 году.   Болеславу же Петровичу в 1882 году исполнилось 37 лет – самый подходящий возраст для серьезного бизнеса.

Б. П. Шостакович, отбыв ссылку в Нарыне, получил разрешение поселиться в Томске. Он служил бухгалтером в конторе торговой компании Петрова и Михайлова, а позже стал ею заведовать. То есть того самого Петра Васильевича Михайлова, с разгрома магазина которого на углу улиц  Областной (М. Горького – Момыш-улы) и Степной (40 лет Казахстана – Ч. Валиханова) начался бунт солдаток в 1916 году в Семипалатинске!

Фото магазина Михайлова и Малышева – дореволюционное.

В 1896 году Петров решил выйти из дела, его заменил Дмитрий Григорьевич Малышев. Поэтому с 1902 года предприятие стало носить имя «Михайлов и Малышев». Так же назывался магазин, который, к счастью, уцелел до наших дней. В отличие от многих десятков и сотен, снесенных и сносимых с нашего молчаливого согласия или недостаточного сопротивления современным доморощенным Геростратам.

Фото магазина – современное.

В 1887 году Б. П. Шостакович поступает на службу управляющим Иркутского отделения Сибирского торгового банка. В 1892году, уже потомственный почетный гражданин Иркутска, Болеслав Петрович получает право повсеместного проживания, но предпочел остаться в Сибири.

По-разному сложилась судьба четверых  его сыновей. Старший, Владимир, получил образование в Германии и Швейцарии, впоследствии возглавил кафедру метеорологии в Иркутском государственном университете, стал основателем профессорской династии в Иркутске. Его сын, Сергей Владимирович, доктор исторических наук, профессор, зав. кафедрой всеобщей истории, увлекся изучением судеб ссыльных поляков в Сибири. Внук, Болеслав Сергеевич, тоже профессор, возглавлял кафедру мировой истории и международных отношений Иркутского государственного университета.

Дмитрий Болеславович в середине 90-х гг. поступил на естественное отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета. После его окончания он остается в тогдашней столице Российской империи, работает в Главной палате мер и весов под руководством Д. И. Менделеева.

Фото семьи Шостаковичей (Митя с сестрами, Марией и Зоей, и родителями, Дмитрием Болеславовичем и Софьей Васильевной, урожденной Кокоулиной)

Борис также учился в Санкт-Петербургском университете, на физико-математическом факультете. Александр же пошел по стопам отца, стал банковским служащим. Александр Болеславович, как я уже писала, возглавил отделение Русско-Азиатского банка в Семипалатинске. Этот банк образовался в 1910 году путем слияния Русско-Китайского и Северного банков. Очевидно, в этом же году появился в нашем городе А. Б. Шостакович, дядя будущего великого композитора, которому тогда исполнилось 4 года.

Не исключено, конечно, что Александр Болеславович прибыл в Семипалатинск и раньше. Возможно, он успел поработать еще в Русско-Китайском банке, для которого, собственно, и было построено в 1907 году это двухэтажное кирпичное здание на улице Мещанской (Урицкого – Уранхаева). Мещанская была включена в список вертикальных улиц (все улицы делились на параллельны е и вертикальные относительно р. Семипалатинки) в 1878 году. А «Высочайше утвержден» этот список был в 1881 году. Такое название улица получила потому, что на ней проживали преимущественно лица мещанского сословия – ремесленники, мелкие торговцы и домовладельцы.

Раньше 1910 года прибыть в Семипалатинск А. Б. Шостакович мог, а вот позже – вряд ли. Ведь он должен был успеть познакомиться с местным обществом, зарекомендовать себя, как человек деловой, достойный доверия. Без этого вряд ли П. Ф. Плещеев, могущественный купец 1 гильдии, человек опытный, проницательный решился бы  в 1913 году пригласить никому не известного приезжего для сотрудничества во вновь создаваемое акционерное общество. Тем более, что фамилия «Шостакович» тогда еще не была окружена ореолом гениальности, отсветом грядущей славы его племянника…

В конце 1917 года Русско-Азиатский банк был национализирован большевиками, впрочем, как и все остальные банки. Какова дальнейшая судьба бывшего управляющего этого банка Александра Болеславовича Шостаковича – неизвестно. Надеюсь, что он уцелел в том  бурлящем море, в которое превратилась тогда вся территория бывшей Российской империи, и его вынесло течением истории в тихую спокойную заводь.

А что касается жандармского подполковника Бакуринского, с которого началась вся эта история, то «Сибирская жизнь» в марте 1917 года сообщила: «постановлением исполнительного комитета устранены от должностей и арестованы: губернатор Чернцов, жандармский подполковник Бакуринский (бежал, но был пойман и привезен в город), полицмейстер Покровский и уездный начальник Петухов. Устранены от должности вице-губернатор Савримович и прокурор Кривицкий…».

Любовь Бароховская

Фото: Михаил Ситуда и Николай Мовчан

 1,734 всего,  57 

от Redaktor

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *